Это я

Привет! 

Я - Виктор Малашенков, автор книг "Бутвлка для Джинна" 

Я в соцсетях

   

Search

Рецензия

Человеку свойственно воспринимать окружающее сначала через свои чувства, и лишь затем разум, выделяя отдельные сомнительные моменты по эпизодам, иногда по крохам, начинает анализировать и собирать в единое целое мозаику из фактов и собственных чувств».

Этими словами начинается одна из глав романа Виктора Малашенкова «Бутылка для джинна», оправдывая глубокий смысл созданной им космической эпопеи. Автор не просто раскрывает приключенческий сюжет своего произведения, но в какой-то момент выводит его на уровень философии космического разума, заставляя читателя встрепенуться. Его мир - это мир бесстрашных людей, стоящих по одну сторону борта межзвездного корабля, готовых ради принципов и идеи пойти на смерть, рискующих и выигрывающих, понимающих друг друга с полуслова. В жизни этих парней нет случайностей и в тоже время каждый день их жизни – дар случайности. Их флаг - мужество, девиз – дисциплина, а Бог – командир. Далее

Глава 1

Я могу сказать откровенно, штурман из меня получился неважный. Повинуясь моде, я вместе со своими товарищами поступил в аэрокосмический колледж, даже не представляя, кем я из него выйду. Нет, фантастические романы мне чужды никогда не были. Это было интересно, особенно до десятого класса, когда меня вдруг потянуло на романтическую литературу.

Друзья собирались вместе, организовав, таким образом, своеобразный клуб. Я среди них всегда пользовался авторитетом, хотя до сближения дело не доходило. Как-то было само собой разумеющимся, что я нахожусь с ними. Разбирался я во всем быстро, но очень поверхностно, что позволяло мне частенько не только просто участвовать в разговоре, но и направлять, а иногда и кое-чему обучать своих "коллег". Далее

Глава 2

Оставшиеся два дня пролетели как один миг. Наступил момент прощания с Землей. Как такового прощания не было. Не было оркестров, парадов, многих тысяч букетов. Нас собрали в общем зале, где мы уже находились по прибытии на корабль. Открылся большой, во всю стену экран. Когда он включился, на нем мы увидели пульт управления полетами. Это был большой зал, заполненный в центре всевозможной электроникой, стены представляли собой экраны со немыслимыми схемами, диаграммами, бегущими строками и т.д. На одном из них виднелся и наш зал со всеми нами в придачу. Таким образом, мы могли лицезреть самих себя в сей торжественный момент. Большинство из собравшихся в зале пульта управления представляло собой довольно внушительную картину. Серьезные и представительные дяди и не менее серьезные, но симпатичные тети. Далее

Глава 3

Время - штука хитрая. Узнать, какое оно будет через мгновение невозможно. Если пытаешься сам управлять своим временем, оно поначалу вырывается, скользит, уходит, или, точнее уводит тебя в сторону. Подчиняя время, человек на самом деле подчиняет себя, ну, если не времени, то, по крайней мере, какому-то распорядку. И тогда возникает ощущение, что время тебе подчинилось, а возникает оно по одной простой причине - ты сам успеваешь сделать сегодня за то же самое время больше, чем вчера. Но это совсем не значит, что чем больше ты успел, тем больше ты прожил. Жизнь по расписанию пролетает быстрее и, не успев оглянуться, ты видишь, что жизнь прожита и не всегда особенно важно, что и сколько ты успел сделать. Для тебя главнее - конечный результат, то есть отсутствие этого самого времени. Очередной парадокс, но обитатели нашего корабля почувствовали на себе влияние этого самого расписания. Дни пролетали один за другим. Далее

Глава 4

Наш корабль приближался к Юпитеру. На станции уже готовились к приему. Работы предстояло много, так как мы привезли с собой несколько новых блоков и множество новой аппаратуры. Ждали там и меня. Всю дорогу, остававшуюся с того памятного дня, когда меня списали с корабля, я находился на особом положении, которое для меня было, как бы выразиться точнее, неприятным, что ли. Я уже не чувствовал себя членом этой большой семьи. В отношениях с товарищами как будто ничего не изменилось, но изменения произошли во мне самом. И я не думаю, что в лучшую сторону. Я уже не был нужен им, этакий пассажир на боевом эсминце. По моему настоянию вахту я стоял наравне со всеми, режим соблюдал, как и все, но цели у меня не было. Не представляя себе, чем мне придется заниматься на новом месте, я бросался от одного дела к другому, но ничего у меня не получалось доводить до конца. И, в конце концов, я сдался. Просто-напросто отдыхал в свободное время, слушал музыку, смотрел фильмы, играл с ребятами в карты, шахматы и ждал. Никаких инструкций по моему поводу не поступало ни с Земли, ни с Юпитера. Не поступало, значит так надо, решил я. Альфред пытался пару раз разговорить меня, просил рассказать о моей жизни. Я пробовал, но что, в конечном счете, я мог рассказать? Автобиографию? Так мне казалось, что Альфред знает ее, да и не только ее, лучше, чем я сам. Хотел рассказать о моей первой влюбленности, но потом передумал, так как, поразмыслив, пришел к выводу, что сам не уверен, была она или нет. Далее